Политика

Реформа - приоритетная единица измерения европейского вектора Молдовы

Внедрение реформ является главной темой дискуссий между европейскими чиновниками и молдавскими властями в условиях когда линейность двусторонних политических переговоров постепенно теряет очарование и эффект над Брюсселем.
Денис ЧЕНУШЭ, 12 марта 2011 г., 11:41

Продвижение политического диалога, на котором делают ставку молдавские политики, уходит на второй план, а европейский прагматизм берет свое, после чрезмерной проявленной лояльности в первый период после ухода коммунистов. Эйфория в пользу проевропейской коалиции спадает в контексте неудач европейской политики соседства и продолжительного политического кризиса в Молдове. Сдержанность западных партнеров, вызванная «туманным» политическим климатом в Молдове, касается влияния «институционального кризиса» на полномочия и мотивации госструктур начать реформы, необходимые для реального приближения к европейским стандартам. Следует отметить, что эта сдержанность дипломатически кодифицирована или же камуфлирована молдавскими властями. Подобные послания можно заметить в заявлениях Верховного представителя ЕС по внешним делам и политике безопасности Кэтрин Эштон, которых молдавское правительство «не заметило».

Диссонанс ЕС-РМ

Изъятие из контекста или исключение заявлений официальных иностранных лиц является распространенной практикой любой власти, демократической или недемократической, которая заинтересована сохранить свою легитимность и популярность. Поэтому заявления европейского чиновника не являются исключением, напротив, они имеют существенное влияние на местную проевропейски настроенную публику. Исходя из этого, молдавские власти не захотели афишировать сигналы, посланные Кэтрин Эштон, которая сделала важные ремарки относительно ситуации в Молдове. Глава европейской дипломатии выразила опасения Брюсселя по поводу политических проблем в Кишиневе, названные «институциональным кризисом» [1]. Несмотря на поток симпатий к самому обещающему проекту интеграции в ЕС из Восточного партнерства, Брюссель хочет необратимых институциональных преобразований, которые позволили бы начать углубленные практические реформы. Импульсации и сохранению ритма обязательных для политической ассоциации и экономической интеграции в европейское пространство реформ мешает политический кризис, который превратился в хроническую опухоль молдавской политической системы. Вместе с тем, Эштон делает акцент на институциональный аспект кризиса. Это означает, что европейцев беспокоит не только затягивание избрания президента Молдовы, но и проблемы на уровне госструктур. Наверное, местные политические разногласия вышли из периметра национальных границ, а борьба за власть, влияние и политическую монополию над госструктурами вызывают сомнение относительно серьезности намерений Кишинева в проведении реформ.

Власти Молдовы никоим образом не опровергли тонкие замечания Эштон, зато они сконцентрировались на итоги отношений ЕС-РМ, которые получили позитивную оценку Брюсселя [2]. В то же время проблематические вопросы, касающиеся участия госструктур в проведении реформ, необходимых для евроинтеграции, были обойдены стороной. Несомненно, политические переговоры продвигаются лучше всего, а Брюссель твердо поддерживает усилия Молдовы в надежде «успешной истории» в Восточной Европе. Основным элементом европейских рекомендаций остается «реформа», с которой ЕС ассоциирует прогресс и долгосрочную стабильность Молдовы, а также вхождение в категорию «европейских стран», которая воспринимается через призму внутренней функциональности страны, но без четких перспектив вступления в ЕС.[3]

Восточное партнерство vs Средиземноморский союз

Предложение Брюсселя для восточноевропейских стран тесно переплетено с выполнением условий. Для стимулирования восточных партнеров ЕС оказывает дозированную финансовую помощь и помощь для укрепления институциональных возможностей, которую получает и Молдова. В ответ на эту помощь восточные страны, входящие в систему европейской политики соседства, должны предпринять «политические, экономические и отраслевые реформы» [4]. Несмотря на то, что приоритеты венгерского председательства ЕС и потенциал следующего, польского председательства, благоприятны для Восточного партнерства, тревожная ситуация в области прав человека и медлительность демократических преобразований в странах Восточного партнерства (Украина, Беларусь, Грузия, Армения, Азербайджан и Молдова) укрепляют позицию евроскептиков, ориентированных на Россию или южное направление.

Оживление отношений ЕС с восточными странами, в том числе путем акцентированного внимания к Восточному партнерству, стало основной задачей для сторонников укрепления восточного измерения европейской политики. Эта позиция недавно подверглась критике со стороны Франции и еще пяти стран Средиземноморского региона. Народные волнения в арабском мире и их последствия на безопасность границ и энергетическую безопасность южного крыла ЕС «застали врасплох» Брюссель, который после «цветных» революций в Восточной Европе и войны в Грузии больше занимался Восточным партнерством, чем активизацией Средиземноморского союза, энергично продвигаемого президентом Франции Николя Саркози с 2008 года.

Снятие «южных границ» с европейской повестки нельзя считать исключительно неудачей ЕС, в ситуации когда Служба по внешним делам ЕС активизировалась в конце прошлого года, а Франция и Италия имели хорошие отношения с авторитарными режимами Египта, Туниса и Ливии. С уверенностью можно сказать, тактика Франции состоит в обвинении Брюсселя в более тесном и неоправданном сотрудничестве с более демократическими режимами в странах Восточной Европы, что якобы привело к эскалации ситуации в Северной Африке. В любом случае, критика политики европейского соседства запоздавшая, так как она была запущена в результате расширения ЕС в 2004 году, а Восточное партнерство было инициировано через год после создания Средиземноморского союза, за которого так ратует Франция.

Вместе с другими европейскими странами, Франция попросила Еврокомиссию помочь в процессах политических преобразований в Египте и Тунисе [5], а также координировать процесс преобразования всего региона путем усиления европейского присутствия в южном направлении. Подчеркивая единство политики европейского соседства, группа стран во главе с Францией высказывается за предоставление равных возможностей всем европейским соседям. Сторонники этой позиции отмечают ассиметричность внешней политики ЕС, что привело к неравномерному распределению европейских финансовых средств (1,8 евро на душу населения в Египте, 7 евро - в Тунисе, 25 евро - в Молдове). Франция считает, что неиспользованные бюджетные деньги для восточного соседства необходимо перенаправить на продвижение переходного периода в мусульманских странах Северной Африки, которые освободились от авторитарных режимов [6].

Несмотря на это, и председатель Совета ЕС Херман ван Ромпей, и еврокомиссар по расширению и политики соседства Штефан Фюле подтвердили важность углубления отношений с восточноевропейскими странами. По мнению Фюле, это необходимо сделать для расширения в Европе зоны стабильности, благополучия и демократии. В этой связи еврокомиссар приветствовал прогресс, достигнутый Молдовой и шаги, предпринятые Украиной и Грузией [7]. Таким образом, Фюле попытался опровергнуть спекуляции о коррупции и авторитарном стиле правления в восточноевропейских странах, которые приводились в качестве контраргумента сторонниками переориентации внешней политики ЕС в сторону неспокойного юга. Необратимость политики ЕС в отношении Восточного партнерства была отмечена и председателем ЕС, который опроверг любые спекуляции об отторжении восточноевропейских стран в пользу южан. Наоборот, Херман ван Ромпей подчеркнул важность концентрации на стратегические вопросы, касающиеся демократии, прав и свобод человека, обеспечения хорошего правления и мирного урегулирования «замороженных конфликтов» [8]. Европейские чиновники твердо защищают Восточное партнерство, показывая достигнутый двусторонний и многосторонний прогресс. Речь идет о подписании различных политических и торговых соглашений, о либерализации визового режима и т.д. Таким образом, они пытаются воспрепятствовать чрезмерным претензиям Франции и не допустить стратегического пересмотра европейской политики соседства, над которым сейчас работает Еврокомиссия.

Чтобы препятствовать критике, подобной французской, сторонникам Восточного партнерства нужны конкретные достижения от восточных партнеров. Вместо финансовой помощи и других стимулов европейцы требуют от восточноевропейских партнеров выполнения определенных требований или взятия на себя определенных обязательств. Именно об этом говорила Кэтрин Эштон во время визита в Молдову («чем больше делает Молдова, тем больше может предоставить ЕС»)[9].

Неравномерное внимание к странам соседства является серьезной проблемой в отношениях ЕС близлежащими странами. Действуя в рамках стратегического интереса и для получения выгоды от существенных инвестиции, сделанные в страны бывшего СССР, Штефан Фюле и Кэтрин Эштон рекомендуют реструктуризацию Восточного партнерства и привлечение южных соседей, исключая любую возможность корреляции между ними. Тем самым, Эштон настояла на необходимость углубления отношений со всеми партнерами, независимо от их географического расположения, но при условии проведения политических и экономических реформ.

Мобилизация Брюсселя для реанимации южных соседей сделала дыру в календарном плане относительно Восточного партнерства. Так, тематический саммит, запланированный на май 2011, был отложен. Для компенсации этого гандикапа было принято решение, чтобы Польша и Венгрия совместно организовали это мероприятие осенью этого года. Обе эти страны намерены увеличить вес этой европейской инициативы. Венгрия - по причине того, что не сделала это в период своего председательства в ЕС, а Польша - по причине того, что является одним из авторов инициативы Восточное партнерство.

Учитывая давление со стороны Франции и других стран ЕС, сторонники и бенефициары Восточного партнерства будут находиться в состоянии постоянной борьбы за существование этого проекта. Кроме того, как и с какой скоростью восстановиться южное соседство, прочность Восточного партнерства будет зависеть от следующих факторов: позиция и вес новых членов ЕС (из ряда стран бывшего соцлагеря) по сравнению со Старой Европой (особенно южных стран); экономическое восстановление ЕС после кризиса. В конечном итоге, имидж Восточного партнерства зависит от политической ответственности национальных правительств, но особенно, от динамики реализованных реформ на пути европейской интеграции, которые проводят восточные партнеры.

 

Ссылки:

1. Catherine Ashton după întrevederea cu oficialii moldoveni: Cu cât Moldova face mai mult, cu atât mai mult UE poate oferi, http://europa.md/stiri/show/8639/catherine-ashton-dupa-intrevederea-cu-oficialii-moldoveni-cu-cat-moldova-face-mai-mult-cu-atat-mai-mult-ue-poate-oferi

2. Prim-ministrul Vlad FILAT a avut astăzi o întrevedere cu Înaltul Reprezentant al UE pentru afaceri externe şi politica de securitate, Catherine ASHTON, Vicepreşedinte al Comisiei Europene, după care cei doi oficiali au susţinut un briefing de presă comun, http://www.gov.md/libview.php?l=ro&idc=436&id=3529

3. „Above all, Moldova needs functioning institutions able to work together to realise its ambitions as a European country.", http://www.consilium.europa.eu/uedocs/cms_data/docs/pressdata/EN/foraff/119593.pdf

4. Catherine Ashton EU High Representative for Foreign Affairs and Security Policy and Vice President of the European Commission Remarks after the Extended Ministerial meeting on Eastern Partnership Extended Ministerial meeting on Eastern Partnership Bratislava, 3 March 2011, http://europa.eu/rapid/pressReleasesAction.do?reference=SPEECH/11/146&format=HTML&aged=0&language=en&guiLanguage=en

5. "Comme le Conseil européen l'a souligné dans ses conclusions du 4 février, le profond mouvement populaire appelant aux réformes politiques, économiques et sociales en Tunisie et en Egypte plaide en faveur d'un renforcement de l'action de l'Union européenne en direction du voisinage Sud. Le Conseil européen vous a invité, ainsi que la Commission, à préparer un ensemble de mesures visant à apporter le soutien de l'Union européenne aux processus de transition et de transformation dans la région.", http://www.diplomatie.gouv.fr/fr/IMG/pdf/Lettre_a_Mme_Ashton.pdf

6. Action de l'Union européenne en direction du voisinage Sud, http://www.diplomatie.gouv.fr/fr/IMG/pdf/11-02-17_Non-papier_Action_de_l_Union_europeenne_en_direction_du_voisinage_Sud.pdf

7. Štefan Füle European Commissioner for Enlargement and Neighbourhood Policy Eastern Partnership of the EU Bratislava Global Security Forum (GLOBSEC Conference) Brussels, 3 March 2011, http://europa.eu/rapid/pressReleasesAction.do?reference=SPEECH/11/148&format=HTML&aged=0&language=EN&guiLanguage=en

8. Preşedintele UE:"Este responsabilitatea noastră să le comunicăm, printre altele, cetăţenilor Ucrainei şi Moldovei viziunea şi modelul european care sunt bazate pe valorile noastre de democraţie, drepturi ale omului, libertăţi fundamentale..." http://europa.md/stiri/show/8594/presedintele-ue-este-responsabilitatea-noastra-sa-le-comunicam-printre-altele-cetatenilor-ucrainei-si-moldovei-viziunea-si-modelul-european-care-sunt-bazate-pe-valorile-noastre-de-democratie-drepturi-ale-omului-libertati-fundamentale

9. Catherine Ashton după întrevederea cu oficialii moldoveni: Cu cât Moldova face mai mult, cu atât mai mult UE poate oferi, http://europa.md/stiri/show/8639/catherine-ashton-dupa-intrevederea-cu-oficialii-moldoveni-cu-cat-moldova-face-mai-mult-cu-atat-mai-mult-ue-poate-oferi

 

T